help@sochisirius.ru

В разговоре с нами танцовщик рассказал, за что любит российскую школу балета, как в юности едва не сменил сферу деятельности и зачем всегда носит при себе блокнот с русскими выражениями.

– Жиль, почему, несмотря на плотный график, Вы решили провести мастер-классы в «Сириусе»?

– Моему визиту в Сочи есть несколько причин. Во-первых, не так давно я преподавал в Большом театре. Среди гостей оказалась прима-балерина Светлана Захарова, которая и сделала мне столь заманчивое предложение. После беседы с ней я понял, что готов сделать ради этой женщины всё на свете (смеется, – прим. авт.). К тому же она рассказала мне о самом проекте, объяснила, что он создан по инициативе Президента России Владимира Путина, обрисовала его значимость для российской культуры в целом. После такого диалога у меня просто не было выбора (улыбается, – прим. авт.), и я согласился.

Во-вторых, мне интересны русские артисты, а работа с детьми – колоссальный опыт в этом плане. Я хочу как можно лучше осознать текстуру вашего танца, узнать о нём как можно больше.

Знаете, я нисколько не разочарован поездкой. Наоборот, чувствую, что мною было принято правильное решение.

– Какую программу Вы подготовили для наших воспитанников?

– Я привёз программу, которой занимаюсь ежедневно сам. Правда, мне пришлось адаптировать её под детей, под их возраст и уровень подготовки.

Помимо техники стараюсь объяснять воспитанникам, как работают различные хореографы. Это необходимо для того, чтобы они могли не только танцевать, но и знать о культуре танца, о различных подходах к нему. Наконец, дети будут лучше чувствовать своё тело, обретут гармонию с ним.

– Могли бы Вы оценить знания и умения, которыми обладают ребята?

– Первое, что бросилось мне в глаза, – это единство, царящее в классе. У детей хороший уровень подготовки. Мне кажется, что они уже безупречно справляются с поставленными задачами.

– Расскажите, как пришли в балет?

– О, это длинная история! Всё началось в четырехлетнем возрасте. Тогда я танцевал в школе, и преподаватель, пригласив моих родителей, сказала, чтобы они обратили внимание на мои способности. У меня, по её словам, был талант.

Мой отец, будучи историком, скептически отнёсся к такому высказыванию, он не воспринимал танец всерьёз. Однако уже тогда, маленьким ребёнком, я слушал классическую музыку, в том числе Чайковского. Возможно, благодаря этому у меня такая крепкая связь с Россией.

А в 12 лет я побывал на свадьбе у моей сестры. Помню, диджей предложил мне станцевать. Присутствующие оценили моё выступление, начали аплодировать, а коллеги отца заявили, что у меня талант и его нужно развивать. В результате меня отдали в консерваторию в Ницце. С этого момента началась моя профессиональная деятельность.

Однажды во время летней школы я проходил очередное прослушивание. Как сейчас вижу, на мне была красная футболка с изображением дракона. В общем, выглядел довольно глупо. Подумав, что мне всё равно нечего терять, начал танцевать, правда, делал это от всего сердца. Слушания закончились, и у меня спросили, чем я хочу заниматься. В ответ они услышали, что с танцами покончено, а я стану адвокатом. Однако по итогам прослушивания меня отправили на обучение в школу балета при Парижской национальной опере, поэтому с юриспруденцией не сложилось.

Там я познакомился с балетмейстером Рудольфом Нуреевым, он пригласил меня в свою труппу. Работать с ним было большой честью, потому что это особенный человек.

Затем я встретил педагога Пьера Лакотта. Он дал мне главную роль в спектакле «Сильфида». С тех пор я стал танцевать в составе труппы Национального балета Нанси и Лоррен.

– Что для Вас танец?

– Это жизнь, огонь, который зарождается внутри тебя. Без этого невозможно, да я иначе и не умею. Необходимо постоянно чувствовать танец, так как порой за тренировками, практиками, упражнениями мы попросту забываем танцевать.

Кстати, составляющими успеха считаются смирение, практика, тренировки и внутренний огонь.

– Почему Вы решили преподавать?

– В своё время я изучал психологию и думал, что стану тренером или наставником. Также увлекался боевыми искусствами и размышлял, что неплохо бы больше времени посвящать телу. В какой-то момент меня осенило: хочу связать свою жизнь с преподаванием, и теперь являюсь педагогом балетной труппы Парижской оперы. Более того, мне посчастливилось самостоятельно поставить балет «Сильфида». Всё получилось успешно. Так я заинтересовался историческим, барочным танцем.

Мастер-класс Жиля Изоара

– Когда Вы открыли для себя Россию?

– Идея работать с вашей страной принадлежит Пьеру Лакотту. Однажды он сказал, что у нас есть шанс поработать с Большим театром, и мы не стали терять эту возможность. С тех пор я «подсел» на Россию, заболел ею.

– Чему, на Ваш взгляд, нашим танцорам следовало бы поучиться у зарубежных коллег?

– Мне кажется, им нужно обратить внимание на работу с мышцами, научиться отпускать движения в танце. Никто не спорит, у русской школы довольно высокий уровень подготовки, однако эту часть всё-таки лучше исполняют за рубежом.

Безусловно, невероятно важно знать свою школу, но чтобы формировать свой танцевальный характер, нужно обязательно смотреть, как танцуют другие, какие существуют подходы и техники. Только так можно стать звездой или выдающимся танцором.

В то же время я восхищаюсь гармонией русского танца, тела, пропорциями, а также русской душой и харизмой. Во Франции такого нет, общество чересчур унифицировано. Возможно, такое свойственно всему миру, но до России это ещё не добралось.

Пожалуй, самая сильная сторона русских – харизма. Она восхищает иностранцев, это своеобразная алхимия!

– Оказавшись в России, Вы завели блокнот, в который записываете наиболее интересные слова. Какие из них приходится использовать чаще всего?

– Наверное, фразы «Все молодцы» и «Спасибо большое». Ещё мне нравится выражение «Здесь и сейчас».

– Спасибо за беседу. Желаем Вам дальнейших успехов!

 

Подать заявку Подписаться на рассылку
© 2015–2019 Фонд «Талант и успех»
Нашли ошибку на сайте? Нажмите Ctrl(Cmd) + Enter. Спасибо!